1. Налицо кризис искусства. Отсутствие витальности. Доминация чистого механицизма. Пост-модернизм — сам синдром дегенерации — выродился. Интерес к искусству сегодня либо кич (театр, кино, рок-концерты), либо das provozierte Leben ("спровоцированная жизнь" — Г.Бенн), занятие для узкого и замкнутого круга "вампирической интеллигенции", полностью утратившей ориентиры, но не утратившей вместе с тем потребность в пропитании, социальном статусе и тщеславие.

2. Налицо кризис политики. Отсутствие мысли и свежей идеологии. Дегенерация политики после периода некоторого всплеска начиная с перестройки. Политика совершенно утратила и логику и жизнь. Она либо патологически конъюктурна (центр), либо патологически карикатурна (периферия). Но всегда одинаково неинтересна.

3. Критический минимум дегенерации искусства и политики сейчас достигнут одновременно. Так бывает не всегда, но сейчас именно так — низшие точки двух синусоид совпали.

4. В такие моменты цикла упадка развитие должно получить новый импульс, лежащий как правило вне сферы самого процесса. Иногда политика подстегивает искусство, иногда наоборот. Сейчас в обоих областях упадок. Надо искать импульс вовне.

5. Этой новой областью является МАГИЯ. Магия изучает не события, вещи, предметы, но их причины (причем не просто описывают причины, но активно работает с ними). Магия предшествует искусству и политике. Искусство и политика стали самостоятельными, отделившись от своего магического истока. Этот исток никуда не исчез, но отошел на периферию, воздействовал косвенно. Тайные общества, ложи, ордена управляли историей, вдохновляли художников.

6. Отныне косвенного воздействия недостаточно, политика и искусство забыли о необходимости постоянного обращения к магии. Ситуацию может спасти только п р я м а я и тотальная замена искусства и политики МАГИЕЙ.

7. Нынешний политик и художник сами по себе изжиты, их не спасет ничто. Они не способны напитаться магией и оживиться. Их следует вычеркнуть, отбросить. Они совершенно неинтересны. На их смену должен прийти новый тип.

8. Это НОВЫЙ МАГ, занимающийся политикой или искусством (но не политик и не художник, занимающийся магией).

9. Все виды искусства и все политические идеологии имеют свои оккультные аналоги в оперативной магии. Картины возникли как обмирщвленные изображения богов и символических знаков. Политические идеологии стали светским выражением метафизических и религиозных учений (капитализм — секуляризированный протестантизм, по М. Веберу; социализм и фашизм — вариации индоевропейских, арийских, традиций, где отсутствовала каста торговцев, по Дюмезилю). Постепенно исток пропал из виду. В лице современных политиков и художников мы имеем дело с неизлечимыми закоренелыми идиотами. Степень таланта и идеологического успеха сейчас напрямую зависит от степени знакомства с оккультными учениями.

10. Этот факт надо признать и принять как неизбежность.

11. Вместо отдельно искусства, отдельно политики и отдельно магии следует ввести новую синтетическую дисциплину: МАГИЯ, учреждающая свою политику и свое искусство напрямую. Новая герменевтика: отбрасывается исторический контекст и эстетическая особенность, все сводится к оккультной парадигме. Гете и Бретон, Ленин и Черчиль сводятся к магической парадигме (масонско-оккультистского, герметико-розенкрейцеровского толка), носителями которой они являлись. Остальное отбрасывается. Вместе с новым искусством и новой политикой приходит новое искусствоведение и новая политология.

12. Новые искусствоведы и новые политологи не будут отдельными людьми от новых художников и новых политиков. Это будут одни и те же личности. Более того, это будут никто иные как сами НОВЫЕ МАГИ.

13. Искусство становится не имитацией ритуала или изготовления фетиша, амулета, идола, но самим ритуалом, самим изготовлением амулета, фетиша или идола.

14. Политика становится не отснятым "римейком" коллективных оргиастических действ и реализацией смутно и косвенно воспринимаемых метафизических проектов, но прямым мифотворчеством и оккультной архитектурой масс.

15. Все это осуществляется и осмысляется НОВЫМИ МАГАМИ.

16. МАГИЯ — наука оперативная. Она требует реальных результатов, реальных метаморфоз. Метаморфоз объектов, явлений, самого оператора. МАГИЯ — наука экспериментальная, она не допускает "темнилова" и демагогии. Оценивается не проект, но результат. Без конкретной "эйдетической реализации" нет магического акта. Если все остается сущностно прежним после произведения магического акта, мы имеем дело либо с неудачей, либо с шарлатанизмом. Идиоты и интеллигенты не пройдут.

17. НОВЫЕ МАГИ учреждают свое искусство и осуществляют социальные перевороты. Они специализируются в геополитике, масштабной науке, подчиняют стихии, укрощают атлантического Левиафана и откармливают континентального Бегемота. Минимальный социальный масшта НОВОЙ МАГИИ — страна, народ, государство, легионы человеческих масс. Группа эстетов или отряд марширующих дегенератов-сектантов никому не интересны. НОВАЯ МАГИЯ имеет дело с явлением ГИГАНТСКОГО. Гигантского Нового (М.Хайдеггер).

18. Наши цели станут понятны только тогда, когда люди начнут соучаствовать в нашей практике (активно или пассивно, как субъекты или как объекты). Магия решает гносеологические проблемы через "Праксис" (как марксизм).

19. Кризис искусства и политики внешне кажется чем-то объективным. Не стройте иллюзий, его организовали МЫ. Для того, чтобы расчистить путь НОВОЙ РАСЕ. Расе магических королей.

20. Мы оперируем с безднами. Для нас невидимое имеет свою географию. Черное не просто отсутствие света, это огромная гамма оттенков, которые и не снились земной оптометрии.

21. Abyssus abyssum invocat —

22. In voce cataractarum.